...или войдите через аккаунт соцсети

Зарегистрироваться Забыли?

Шахматы


7 января 2011 (00:07)

Дармен Садвакасов: «Нужно поддерживать положительный имидж нашего вида спорта»

Дармен Садвакасов: «Нужно поддерживать положительный имидж нашего вида спорта» Дармен Садвакасов, безусловно, является одной из ключевых фигур на шахматном пространстве Казахстана. Напомним, что в 1998-м он стал чемпионом мира среди юниоров, позже входил в первую сотню рейтинга ФИДЕ. В последние годы он несколько отошел от активных шахмат в связи с учебой в США, а затем работой в качестве госслужащего. Но, несмотря на занятость на ответственной должности заведующего сектором Центра стратегических разработок и анализа Администрации Президента РК, Дармен откликнулся на приглашение в сборную Казахстана и принял участие в недавних летних Азиатских играх.

А на днях он дал интервью корреспонденту «Sport&KS», в котором рассказал о турнире в Гуанчжоу, высказал свое отношение к конфликту вокруг сборной и поделился планами по популяризации шахмат в стране.

Вспоминая Гуанчжоу


— Дармен, как вы оцениваете выступление свое и товарищей по команде на летней Азиаде?
— Эти Игры начались для нас с личного турнира по быстрым шахматам, в котором Казахстан представляли я и Муртас Кажгалеев. Контроль времени был типичным для быстрых шахмат — 25 минут на партию с добавлением времени на каждый ход. Должен сказать, что на таком серьезном уровне я не играл где-то с мая 2009 года. Занять 6-е место среди 47 участников, не имея практики, достаточно длительное время не погружаясь в шахматы, не следя за последними новинками, при той конкуренции, которая была в Гуанчжоу, — это, я считаю, достаточно успешное выступление. Хотя, в принципе, я считал, что могу бороться за медаль, а при благоприятном стечении обстоятельств — даже за «золото». Стартовал я неплохо, но в третьем туре проиграл черными фигурами важную партию индусу Сурья Шехару Гангули. Правда, надо учесть, что меня обыграл шахматист, являющийся секундантом и тренером Виши Ананда (нынешний обладатель мировой шахматной короны — А.К.), который участвовал в подготовке Ананда к матчу на звание чемпиона мира с Владимиром Крамником. Тогда они, в частности, подробно проанализировали редко встречающийся вариант защиты Нимцовича. Иначе говоря, там был совсем другой уровень подготовки, нежели у меня, и, тем не менее, мне удалось получить неплохую позицию. Однако чувствовал я себя неважно, допустил грубую ошибку и проиграл. После партии пошел в медпункт, и там выяснилось, что у меня температура 38 градусов — простудился под кондиционером. Антибиотики и ударная доза витамина С позволили немного восстановиться, и следующие две партии я выиграл, а затем сыграл вничью с сильным вьетнамцем Ле Куанг Льемом (один из лучших молодых шахматистов современности — А.К). После шести туров я делил 3-е место, но тут последовало еще одно обидное поражение — белыми от Антона Филиппова. Он поймал меня на дебютную заготовку, однако после нескольких неточных ходов противника мне удалось захватить инициативу. В какой-то момент моя позиция стала близка к выигранной, однако в условиях ограниченного времени я стал ошибаться, упустил перевес, затем ничью и в результате потерпел обиднейшее поражение в ключевой партии. В последний день личного турнира я сначала одержал победу над вьетнамцем, а затем сыграл вничью с лидером турнира Рустамом Касымжановым из Узбекистана. В партии с Рустамом я поддерживал достаточно высокое напряжение, и в определенный момент у меня было несколько путей к выигрышу, но из-за недостатка времени и концентрации мне не удалось выиграть. Эта ничья принесла Рустаму звание чемпиона Азиатских игр, а я стал 6-м. Муртас Кажгалеев выиграл свою последнюю партию и занял 4-е место. Медалей мы не взяли, хотя по уровню игры могли претендовать на одну или даже на две — по крайней мере, в быстрых шахматах. На моей игре сказался недостаток игровой практики, а также отсутствие перед такими важными соревнованиями тренировочных сборов, которые, к сожалению, не были проведены.

— Что скажете о выступлении в командном первенстве?
— В этом турнире наша сборная выступила гораздо ниже своего потенциала. Слабо сыграли главный тренер Евгений Владимиров и молодой Ринат Жумабаев, которые потерпели поражения в важных матчах. Дело в том, что если раньше в командных турнирах считались очки, набранные в отдельных партиях, то с недавних пор учитываются итоги матчей в целом. Например, 2:2 — это ничья, а 1,5:2,5 — уже поражение, за которое команда получает такой же «ноль», как и за 0:4. Если, скажем, трое сыграли ничью, а четвертый проиграл, то усилия первых троих, по сути, сводятся на нет. По поводу Жумабаева могу сказать, что это, безусловно, талантливый парень, на Всемирной шахматной Олимпиаде в Ханты-Мансийске он показал лучший результат в сборной Казахстана, не проиграв ни одной партии. А вот на Азиаде Ринат выступил неудачно, потерпев поражения в двух важнейших матчах с основными конкурентами (в проигранном 1,5:2,5 филиппинцам и ничейном с узбеками — А.К.). Что же касается Владимирова, то он был поставлен в сложную ситуацию и играл за команду не от хорошей жизни. Это связано с тем, что Министерство спорта и туризма дало понять: средств на поездку пяти членов мужской сборной, включая запасного, без которого на таких турнирах сложно обойтись, плюс тренера — нет (по этой же причине из нашей женской сборной поехали только двое, и командное первенство среди женщин прошло без нас — А.К.). Поэтому Владимирову пришлось не только выполнять функции главного тренера и капитана, но и играть самому. А совмещать это крайне сложно. Ведь тренер должен помогать членам команды готовиться к партиям, настраивать их, плюс вместо того, чтобы высыпаться, капитан обязан рано вставать и относить заявку, хотя матчи начинались после обеда. И если мы, спортсмены, завершив свои партии, могли идти отдыхать, то капитану надо было находиться в зале до окончания тура. Поэтому в будущем, если команда действительно собирается претендовать на что-то серьезное, необходимо, чтобы главный тренер был освобожденным, как это практикуют другие сборные, которые нередко приезжают на турниры даже с несколькими наставниками.

Есть еще одна причина неудачного выступления. Очевидно, что участие во Всемирной шахматной Олимпиаде в Ханты-Мансийске могло стать важным этапом, который позволил бы «обкатать» команду, увидеть, насколько функционально она работает, провести работу над ошибками и подойти к Азиаде более подготовленными. Но у нас такой возможности не было. Как мы знаем, в сентябре в Ханты-Мансийске сборная Казахстана была представлена далеко не сильнейшим составом (из того состава, который ездил в Гуанчжоу, только Кажгалееев и Жумабаев участвовали в Олимпиаде, а капитаном команды вместо Владимирова тогда был назначен Павел Коцур — А.К.). На тот момент подобное комплектование сборной не вызывало ничего, кроме недоумения. Например, Владимир Гребенщиков в Ханты-Мансийске сыграл за команду в 11 турах всего одну партию, да и ту проиграл. То есть съездил практически туристом за счет государства. Замечу, что это было до избрания нового руководства федерации. В то же время на Азиатские игры в Китае поехал практически сильнейший состав, не было только Павла Коцура, который, насколько я знаю, прислал официальный отказ от участия в Азиаде. Ну, и отсутствие учебно-тренировочных сборов перед такими серьезными соревнованиями не могло не сказаться.

Конфликты должны остаться в прошлом


— А лично вы собирались поехать в Ханты-Мансийск?
— Я тогда высказал свою позицию, сообщив, что с удовольствием принял бы участие во Всемирной шахматной Олимпиаде. Но со стороны тогдашнего руководства федерации, которое комплектовало команду, такого предложения мне не поступило.

— Какой была атмосфера в команде во время Азиатских игр в свете конфликта Владимирова с федерацией?
— Давайте сейчас не будем подменять некоторые вещи. Во-первых, федерация, существовавшая в апреле, когда вы брали интервью у Владимирова, и нынешняя федерация — это две разные команды. С середины октября ее возглавляет вице-премьер — министр индустрии и новых технологий РК Асет Исекешев. Насколько мне известно, у Евгения Владимирова с нынешним главой федерации абсолютно хорошие взаимоотношения. Однако есть отдельные люди, с которыми у него до сих пор существуют разногласия. Но я считаю, что эти моменты можно урегулировать. Честно говоря, появившиеся в первой половине года открытые письма отдельных групп шахматистов, интервью Болата Асанова и Евгения Владимирова вызывали у меня как у человека, с одной стороны, посвятившего много лет шахматам, а с другой, работающего в государственном аппарате, — недоумение и отрицание. Ведь шахматы — это высокоинтеллектуальный вид спорта, имеющий хороший имидж в обществе. И вы, наверное, согласитесь со мной в том, что выплескивать грязь в средства массовой информации, по меньшей мере, неразумно. Если есть разногласия, то лучше стараться решать их между собой, а не «засорять» эфир. Ведь это формирует отношение окружающих к виду спорта в целом. Как говорил Гете, из ссорящихся виноват тот, кто умнее. Если шахматисты считают себя умными людьми, ссоры и скандалы нужно прекращать.

— Важное уточнение: Владимиров не инициировал интервью нашему изданию — это мы сами попросили его ответить на ряд вопросов, и он не стал ничего скрывать. Вы считаете, что Евгению Юрьевичу не стоило быть настолько откровенным?
— Думаю, если вы спросите самого Владимирова, то он объяснит это необходимостью самозащиты. Понятный рефлекс: напали — защитился. Хочу подчеркнуть, что шахматы — это интеллектуальная игра, которая развивает различные способности, особенно у детей, способствует логическому и стратегическому мышлению, а также помогает готовить кадры в различных сферах. Шахматы прекрасно подходят для подготовки будущих бизнесменов, госуправленцев, военных. Лучше сконцентрироваться на возможностях, которые дают шахматы, а публичные конфликты вредят репутации нашего вида спорта.

Альтернативы Владимирову пока нет


— Вы за то, чтобы главным тренером сборной оставался Евгений Владимиров, или же хотели бы видеть на его месте другого?

— Оценивая Владимирова как тренера, скажу, что в ходе личного турнира он оказал очень большую помощь и мне, и Муртасу Кажгалееву, и нашим девушкам. Для меня тренерская поддержка была важна особенно, поскольку после полуторагодичного перерыва у меня не хватало времени, чтобы подготовиться, особенно в дебюте. В Гуанчжоу во время личного турнира мы ежедневно играли по две-три партии, и перед ними я формулировал для главного тренера направления подготовки — к примеру, проверить дебютный вариант, проанализировать позицию, оценить сильные и слабые стороны противника, дать рекомендации под конкретного шахматиста. И Владимиров эту работу проводил очень качественно. Новое руководство федерации тоже интересовалось моей оценкой деятельности Владимирова на посту главного тренера. Я считаю, что альтернативы ему в Казахстане пока не существует. Если мы посмотрим международный опыт, то увидим, что у сильных сборных в качестве главных тренеров выступают, как правило, сильные тренеры, иногда даже приглашенные из-за рубежа. Например, команду Азербайджана уже несколько лет возглавлял грузинский гроссмейстер Зураб Азмайпарашвили, бывший тренер Гарри Каспарова. С командами Индии, Ирана, Катара приезжает целый ряд сильных тренеров, в основном носителей методик и традиций советской шахматной школы. А в нашем случае, я считаю, Казахстану повезло, что у нас есть Владимиров, который в прошлом был очень сильным шахматистом, чемпионом мира в составе сборной СССР, а сейчас является одним из авторитетнейших тренеров в мире. Известно, что он был одним из тренеров Каспарова, секундировал ему в нескольких матчах на первенство мира с Карповым, кроме того, довольно долго работал в такой шахматной державе, как Индия. Он может реально помочь шахматистам высокого уровня — не просто настроить на победу как хороший психолог, но и в чисто шахматном плане дать ценные советы, провести качественный анализ. Я знаю, что предлагалась кандидатура Павла Коцура, но, честно говоря, ему больше подходит должность наставника женской сборной или детско-юношеской команды. Там его опыт и знания были бы востребованы, способствовали бы успеху подопечных. А вот его возможности с точки зрения оказания помощи в теоретической подготовке мне или Муртасу Кажгалееву вызывают сомнения.

— Вы окончательно вернулись в активные шахматы?
— Я с большим удовольствием готов представлять нашу страну на чемпионатах и кубках мира, Всемирной шахматной Олимпиаде, чемпионате Азии. Но моя основная деятельность, на которой я и сосредоточен, — это работа в Администрации Президента. Пока уровень моей игры соответствует уровню сборной Казахстана, пока я в состоянии помочь команде, я, безусловно, с радостью готов это делать. Но смогу ли я участвовать в том или ином турнире, зависит не только от меня — тут должно быть согласие моего руководства. Летние Азиатские игры — это мое первое серьезное соревнование с тех пор, как я вышел на государственную службу, и, пользуясь случаем, хочу поблагодарить руководство Администрации Президента за возможность сыграть в Гуанчжоу.

Новая федерация — новый этап


— Как вы считаете, смена руководства федерации — это положительный момент?
— На мой взгляд, шахматистам повезло, что чиновник такого уровня, как Асет Исекешев, согласился возглавить федерацию. Безусловно, это его личная инициатива, и я думаю, что в ближайшее время федерация проявит ту активность, которую от нее ожидают.

— Говорят, что одно время у вас были сложные отношения с Болатом Асановым.
— С моей точки зрения, отношения у нас спокойные, по крайней мере, в них нет острых перепалок — как заочных, так и при личных встречах. В свое время Болат Асанов внес определенную лепту в мои успехи. В частности, он сопровождал меня во время поездки на чемпионат мира среди юниоров, который я выиграл, и там оказывал необходимую психологическую поддержку. Оценивая Болата Асанова объективно, скажу, что его действия в отношении меня, может, и не всегда были однозначными, но в какой-то мере полезными. Я хочу, чтобы в шахматном мире Казахстана все были задействованы в одном направлении, а не тянули воз в разные стороны. Тем более что у нас появился мощный драйвер, локомотив в лице Асета Исекешева, который уже возглавил федерацию. Находясь в Гуанчжоу, я имел возможность поговорить с ребятами, и все они воспринимают его приход как хорошее событие. Новый президент федерации почти сразу же после своего избрания собрал в Астане представителей регионов, наиболее активных шахматистов-энтузиастов и практически весь состав сборной. Каждый имел возможность высказать свое мнение, внести предложения. Все это было внимательно выслушано новым руководством федерации.

— И чего вы ждете от этого нового руководства?
— Системного подхода. То есть не должно быть такого, чтобы в Алматы проводился чемпионат мира по блицу, и в это же самое время в регионах отсутствовали элементарно необходимые вещи — шахматы, часы, демонстрационные доски, возможность отправить талантливого парня или девушку на чемпионат или международный турнир.

— Чем вы занимались в США?
— С 2007-го по 2009-й год я обучался в магистратуре государственного управления в университете Карнеги Меллон, который считается одним из престижных американских вузов. Окончив магистратуру с отличием, я получил знания в сфере экономики и финансов. Такая возможность мне, как и многим молодым людям Казахстана, представилась благодаря президентской стипендии «Болашак». И хотя учеба была весьма интенсивной, мне время от времени удавалось участвовать в шахматных турнирах. В США турниры часто проходят в сокращенном формате — в пять-шесть туров с пятницы по воскресенье. То есть, даже у загруженного учебой студента есть возможность поиграть в шахматы. За два года мне удалось выиграть или поделить первое место в шести турнирах и еще в нескольких занять призовые места. Вот таким образом я поддерживал форму.

— Насколько нам известно, у вас есть большие планы относительно преподавания шахмат в школах.
— Сейчас мы начинаем реализацию интересного и амбициозного проекта под названием «Гроссмейстерская школа шахмат», в рамках которого планируется создать качественно новый уровень обучения шахматам. В начале декабря такая школа открылась на платной основе в Астане. Недавно я провел и первую лекцию. Зарплату за это я не получаю, работаю на общественных началах, а основную работу ведет международный гроссмейстер Рустам Хуснутдинов (ездил в составе сборной на летние Азиатские игры, участвовал в командном первенстве — А.К.). И если вы спросите о моем видении такой школы, то я отвечу так: хотелось бы взять ребенка 5–7 лет и к окончанию школы сделать из него гроссмейстера мирового уровня. Для этого важно создать необходимую атмосферу. Такие страны, как Украина, Азербайджан, где очень много сильных молодых шахматистов, являются прекрасным примером: там брали детей, давали им возможность заниматься у сильных тренеров, играть в сильных турнирах, обмениваться идеями — словом, жить в атмосфере шахматного и интеллектуального роста. Конечно, происходил отсев, но наиболее талантливые по достижении 15–16 лет становились мировыми «звездами». Достаточно назвать Теймура Раджабова, Шахрияра Мамедьярова, Руслана Пономарева, Сергея Карякина, Катю Лагно. Вот и нам нужно взрастить новое поколение талантливых шахматистов, которые в будущем станут защищать честь Казахстана на мировой арене.
Автор: Аида Касымбаева Республиканская газета «Sport&KS»

Комментарии

Комментировать могут только авторизованные пользователи, или зарегистрируйтесь

...или войдите через аккаунт соцсети

  • для Med:«вряд ли кто нибудь эту статью полностью прочитает! »

    22Ответить

    • 18 октября 2011, 15:17
    • Алматы
    • 5214 записей
    • 5639 дней на портале
  • для Med:«вряд ли кто нибудь эту статью полностью прочитает! »

    1Ответить

    • 18 октября 2011, 15:17
    • Алматы
    • 5214 записей
    • 5639 дней на портале
  • Интересно, а кто сейчас знает: испанская партия и защита Филидора сейчас актуальна в гроссмейстерском мире?Ответить

    • 9 января 2011, 17:10
    • Усть - Каменогорск
    • 2625 записей
    • 6343 дня на портале
  • СКУ4НООтветить

    • 8 января 2011, 00:32
    • 477 записей
    • 5535 дней на портале
  • вряд ли кто нибудь эту статью полностью прочитает! Ответить

    • 7 января 2011, 14:35
    • Астана / Нур-Султан
    • 1784 записи
    • 4815 дней на портале