Нападающий асианинского «Барыса» Линден Вей рассказал о своём переезде в Казахстане, причинах, из-за которых ему не удалось заиграть в НХЛ, уходе Мартена Сен-Пьера и партнёрах по звену.

— Линден, почему вы решились на переезд из Северной Америки?
— Это отличная возможность узнать что-то новое. Мне нужна была смена обстановки. Я провёл много лет между НХЛ и АХЛ. Так что хотел попробовать что-то другое. Обсудили всё с женой и решились на переезд.

— Почему именно Астана?
— Я говорил с парнями, которые играли в «Барысе». Плюс я знал, что в команде есть иностранцы, у них здесь семьи, так что нам в любом случае не одиноко. Пока мне всё очень нравится. Рад тому, что решился на такие перемены в своей жизни. Конечно, это совсем другая жизнь. Я просто не знал, что ожидать. Всё было круто. Болельщики великолепно поддержали меня и команду. В Астане живут и североамериканцы, которые переехали в этот город и чувствуют себя как дома. Конечно, у нас с женой не всегда бывает время, чтобы куда-то выбраться. Но Астана — просто прекрасный город, в котором есть куда сходить поужинать.

— Вы были за пределами Северной Америки до этого?
— Нет. В «Барысе» много перелётов. Мы посещаем разные страны, много ездим по городам. Так что для меня это тоже новый опыт.

— Что было для вас самым удивительным, когда вы приехали?
— Конечно, очень сильно отличается еда. Она в Казахстане очень вкусная, но другая.

— Тедди Персёлл говорит, что его удивило то, что в российских аэропортах люди могут толкнуть или просто влезть без очереди.
— Да, в Канаде люди более терпеливые (улыбается). Конечно, я заметил то, о чём говорил Тед, но не считаю, что это ненормально. Просто это такой стиль жизни.

— Что вам больше всего запомнилось во время выездов в КХЛ?
— О, я был в Москве пару раз, она напомнила мне Нью-Йорк. Высотные здания, толпы людей, вечно занятых и спешащих куда-то. Во многих российских городах замечал красивые здания. У вас совершенно другая архитектура. Больше исторических, старых достопримечательностей, которые поражают.

— Что вы слышали о КХЛ, когда играли в Северной Америке?
— Я общался с парнями, которые играли в КХЛ. Два года назад у меня было предложение из России, но я решил тогда остаться дома. Конечно, здесь совершенно другая игра — большие площадки, больше возможностей для комбинаций, системной игры. Я получаю удовольствие от игры на европейских площадках, от игры в КХЛ.

— Кто лучший игрок в КХЛ сейчас?
— Думаю, что много крутых игроков — Мозякин, Ковальчук, Дацюк, Гусев. В СКА особенная команда, где очень сильный состав. Да и мой партнёр по звену Найджел Доус — один из лучших.

— В чём секрет такой удачной игры вашей тройки?
— У нас отличная «химия». Мы три разных по стилю игрока, но вместе у нас получается взаимодействовать. Вообще с Найджелом в звене остаётся только делать ему передачи, а он сам забивает и забивает. Мэтт Фрэттин активно участвует в форчеке, оказывает силовое давление на соперников.

— Найджел заигран за сборную Казахстана. Расстроились из-за того, что в сборную нельзя перенести вашу тройку полностью?
— Никто не мог предположить, что НХЛ примет решение не отпускать игроков на Олимпиаду, и у парней, которые играют в Европе, появится шанс сыграть. Конечно, сборной Канады пригодился бы такой игрок. Но он принял решение. К сожалению, мы не можем ничего поделать.

— Вы играете каждый матч по 25 минут. Как хватает сил?
— Конечно, тяжело, когда матчи идут подряд, без перерыва. Особенно трудно против команд, которые играют в оборонительном стиле, как «Ак Барс». Но есть время для восстановления, так что в каждом матче могу играть много.

— Знали кого-то из «Ак Барса»?
— Конечно, Ландера, например. Часто пересекался с ним и в НХЛ, и в АХЛ. Ещё нескольких игроков. Вообще «Ак Барс» — команда, в которой много мастеров, три-четыре равноценных звена, играющих дисциплинированно, в одинаковый хоккей.

— Слышали о подписании Даниса Зарипова?
— Да, я никогда не играл против него, но видел, как он играл в предыдущие сезоны. К сожалению для нас, наш конкурент по конференции, у которого и без этого сильный состав, укрепился.

— Многие считают, что «Барыс» — это команда одной пятёрки.
— Не знаю, кто так говорит, но в этом году у нас много молодых ребят. Невозможно выигрывать в любой лиге, если у тебя нет 20 мастеров, качественно выполняющих свою работу. Да, может, молодым парням немного не хватает опыта, но я вижу их прогресс. Нам иногда не хватает голов, стоит просто подождать.

— Вы играли вместе с Мэттом Фрэттином в Северной Америке?
— Да, я играл с ним в тройке, когда меня впервые вызвали в «Лос-Анджелес». Но в основном играл с ним в фарм-клубе «Калгари».

— Он начинал подготовку к сезону с «Куньлунем», но китайский клуб решил отпустить его. Советовали руководству обратить на него внимание?
— Такое бывает, что игрок не нужен определённому тренеру, но наши менеджеры сразу обратили внимание на Мэтта, когда он стал свободным агентом. Время показывает, что это была отличная сделка.

— Мартена Сен-Пьера на днях обменяли в «Адмирал». Говорят, что из-за конфликта с вами.
— Честно говоря, не знаю, откуда взялись эти разговоры. За эти несколько месяцев мы стали близкими друзьями и никаких конфликтов у нас не было. Мартен сам захотел сменить обстановку.

— Надеетесь, что когда-нибудь вернётесь в НХЛ?
— Сейчас у меня нет планов возвращаться. Мне очень нравится играть в «Барысе», в КХЛ. Мой контракт заканчивается после этого сезона. Я пока даже не думал, где буду играть дальше.

— Получается следить за НХЛ сейчас?
— Да, у меня в НХЛ играет много друзей. Из-за разницы во времени тяжело смотреть игры, но я регулярно смотрю обзоры. За кем слежу пристально? «Ванкувер». Там играет мой близкий друг Бо Хорват. Когда есть время, стараюсь следить за игрой команды.

— Как считаете, что помешало вам заиграть в НХЛ?
— Сложно сказать. У меня было много возможностей, но в последний год в НХЛ у меня были проблемы в семье, мне было не до хоккея. Когда тебе за весь сезон дают одну возможность сыграть в НХЛ, и у тебя что-то не получается, сложно добиться повторного вызова. Сейчас у меня перезапуск карьеры. Здесь я получил возможность отвлечься от всего негатива, что был в прошлом. И я действительно получаю удовольствие.

— Вы выросли в небольшом посёлке Уока.
— Да, всего около 1000 жителей.

— В России считают, что в Канаде все играют в хоккей.
— Так и есть. В моём окружении было мало людей, которые не занимались хоккеем. Конечно, у нас не было крытого катка, но мы играли на улице. Россия — такая же хоккейная страна.

— Говорят, в Канаде сильное давление прессы после каждого матча.
— То, что творится в Канаде, такого нигде нет. Я думаю, что это круто, когда есть такое внимание к хоккею, но иногда ожидания слишком велики.

— Роб Клинкхаммер говорил, что для него были непривычны каждодневные рукопожатия.
— О, это очень необычно. У нас просто говорят: «Привет». По-моему, это классная традиция — каждый день приветствовать людей рукопожатием.

— За два сезона в «Ванкувере» научились различать братьев Сединов?
— Конечно, сначала это очень сложно, но по мере знакомства с ними понимаешь, что они совсем не похожи. Вообще, они очень классные парни, одни из лучших игроков в мире.

— Кто лучший игрок в мире на данный момент?
— Сидни Кросби, пусть у него и не самый лучший сезон пока. Макдэвид — особенный игрок. Надеюсь, что и моя фамилия когда-нибудь будет упоминаться рядом с ними.

— Но лучшие бомбардиры НХЛ Кучеров и Стэмкос.
— Они очень здорово играют. Но поскольку я канадец, назвал канадцев (смеётся).