В восхождении участвовали мастер спорта международного класса Василий Пивцов и кандидаты в мастера спорта Александр Софрыгин и Ильдар Габбасов. Чемпионат мира по альпинизму в этом году проводится впервые, и поскольку Казахстан председательствует там в судейской коллегии, на нашей команде лежала ответственность выбрать и пройти сложный и красивый маршрут. Раньше, на чемпионате Советского Союза, прохождение по центру северной стены Хана, как называют его альпинисты, приносило «золото». И сейчас она остается одной из самых трудных исходя из протяженности (перепад высот — 3 километра) и сложности рельефа. Похожие стены есть только на горе К-2 (высота 8611 м, Каракорум), считающейся самой сложной вершиной мира, и Нангапарбат (высота 8125 м, Гималаи), расположенными на территории Индии и Пакистана. Сложности «нашей» стене придает ее северное местонахождение и северная ориентация склона. На такой высоте даже в августе столбик термометра ночью опускается ниже минус 25 градусов, а солнце появляется только к обеду.

Отличительной особенностью и трудностью сезона 2012 года было необычное обилие на стене снега. С самого начала маршрут проходил между двумя ледопадами, и падения глыб льда приходилось опасаться с обеих сторон. Смертельную опасность на таком рельефе представляют и падающие сверху после восхода солнца камни, которые на льду набирают огромную скорость. Когда лед был пройден, одни препятствия сменились другими — начались скалы крутизной от 50 до 90 градусов.

Тому, кто далек от альпинизма, трудно представить свое существование в течение восьми суток на отвесной стене, где часто некуда поставить ногу, и она держится в веревочной петле, прикрепленной в свою очередь к железному крюку, вбитому в скальную или ледовую трещину. И вообще, жизнь троих человек зависит от того, правильно ли вбит каждый из этих крючьев на всех трех километрах вертикали стены.

Нужно забыть, что за спиной 20-килограмовый рюкзак, что на тебе не просохшие за ночь от мокрого снега вещи, что пальцы рук и ног немеют от холода, и думать только о движении вверх и о надежности страховки. Здесь даже забота о себе, любимом, приобретает совсем другой, не эгоистический смысл. Ведь если с тобой, не дай бог, что-то случится — травма или банальная простуда (а она на высоте приводит к отеку легких и смерти в течение нескольких часов), — двум твоим товарищам придется тебя тащить на себе и рисковать своими жизнями.

При прохождении скальных стен существует такое понятие, как «точка невозврата», когда с определенного участка маршрута, обычно начиная с середины, легче подняться вверх, чтобы потом спуститься по более простому пути. Выше «точки невозврата» на спуск до земли может не хватить длины веревок для безопасной транспортировки пострадавшего. И в таком психологическом и физическом напряжении команде приходилось двигаться восемь суток, с пяти часов утра до шести вечера.

Ночевки — отдельный разговор. Хотя приблизительные их места известны заранее, никогда нельзя быть уверенным в том, что они действительно будут найдены. Один раз в конце светового дня ничего подходящего не нашли, и всю ночь провели сидя. А остальные ночевки, по их словам, были хорошие. Собственный альпинистский опыт заставил меня усомниться и уточнить, что же такого в них было «хорошего»? Оказалось, что это площадки размером с балкон в микрорайоновской «панельке», только расположенные на отвесной стене, и на такой высоте, где летают самолеты. А «хорошее» в них было то, что хотя все трое лежа помещались на этих площадках только на боку, зато можно было вытянуть ноги. На всякий случай напомню, что палатка должна быть тоже надежно прикреплена к нескольким вбитым в скалы крючьям.

На шестой день на высоте 6100 м прошли горизонтальный раздел между черными и желтыми скалами, из которых сложена северная стена Хан-Тенгри. Желтые скалы более монолитные, чем черные, и поэтому надежнее для забивания крючьев. Но из-за кислородного голодания, накопившейся усталости и сильного ветра двигаться вверх становилось все труднее.
И вот наконец вершина. Холодный, пронизывающий ветер, туман. Никаких эмоций — сняли записку предыдущих восходителей, оставили свою, сфотографировались для отчета. Оголодавшие, так как продукты уже закончились, подкрепились оставленным кем-то шоколадом и коньяком в пластмассовой бутылочке, и скорее вниз, в базовый лагерь по простому маршруту. Спрашиваю: «Были у вас во время восхождения какие-то интересные истории?» Нет, говорят, никаких историй не было, все, слава богу, прошло безаварийно. Для них «история» — это значит срыв, травма, ЧП. Потом все-таки кое-что вспомнили. К шоколаду и коньяку на вершине была прикреплена записка, которую прочитал Ильдар. «Что там написано?» — спросили тогда Вася с Сашей. «Ерунда какая то, ничего непонятно», — ответил Габбасов. Уже внизу, в базовом лагере, решили уточнить, что же за ерунда. «Да южане (альпинисты, взошедшие на вершину Хан-Тенгри с южной, киргизской стороны), — говорит Ильдар, — с днем рождения кого-то поздравляли, у него 16 августа „днюха“ была». Через какое-то время методом дедукции определили, что южане поздравляли не кого иного, как Пивцова, и гостинцы были для него. О такой мелочи, как день рождения, на горе никто из троих, в том числе и сам именинник, не вспомнил. 16 августа им нужно было выживать.

Стена всем троим далась нелегко. Василий Пивцов, который в прошлом году успешно закончил выполнение программы по восхождению на все вершины высотой более 8000 м и является одним из лучших альпинистов мира, считает ее одной из самых трудных в своей практике. «Мы добились успеха только потому, что все трое были как один, — говорит он.-То, что я пошел на восхождение высшей категории трудности с Сашей и Ильдаром, говорит о моей уверенности в их высокой спортивной квалификации и человеческой надежности. Мы и внизу дружим между собой, поэтому найти общий язык нам проще, чем альпинистам, объединяющимся в команду только на время восхождений, как это обычно бывает». Ильдару Габбасову пройти стену, ставшую на сегодняшний день высшим достижением в его спортивной карьере, не помешали «оставленные» на Хан-Тенгри пять фаланг на пальцах рук, которые он отморозил во время зимнего восхождения в 2011 году.

У Саши Софрыгина с горами свои, особые отношения. " Не знаю, есть ли какие-то высшие силы, но раньше люди верили, что существует Дух горы, и я в него тоже верю, — признается он. — К любой горе отношусь серьезно, у меня нет желания их покорять или побеждать. Мне кажется, что даже выбросить здесь бумажку от конфеты — это неуважение. Я говорю горе так: можно я здесь пройду и уйду вниз, не принося никакого вреда».

Главный тренер альпинистской команды ЦСКА, мастер спорта международного класса Ерванд Тихонович Ильинский, как всегда, скуп на похвалы — «неплохо прошли». Поскольку он является главным судьей чемпионата, то тренером на этом восхождении быть не мог и имел право только наблюдать за своими ребятами. «Последние годы чемпионат СНГ по альпинизму проводится регулярно, но в этом году Международная федерация альпинизма предложила придать ему мировой статус, — рассказал он. — Заявки на участие поступили от 16 стран по всем четырем классам — высотному, высотно-техническому, техническому и скальному. Поскольку казахстанские альпинисты специализируются на высотных восхождениях, мы решили выступить именно в высотном классе. Кто придет к финишу, сейчас сказать трудно, время еще есть, подведение итогов будет в ноябре. Наша команда прошла серьезную стену с неплохим временем, есть шансы занять призовое место».

Конечно, чемпионат мира, призовое место — это круто и все такое. Но я уверена, что эти трое пролезли бы стену и без всяких чемпионатов, для себя.